prostoFic

Голодные игрыЭнни Креста, Финник Одэйр, Мэгс и ещё 1

Финника Одэйра Капитолий продавал по частям двенадцать лет. Энни Креста он забрал целиком — и вернул такой, что в Дистрикте-4 её называли безумной девочкой из семьдесят первых Игр. Он вязал узлы, чтобы не думать. Она считала волны. Между Играми и войной у них было четыре года, свадьба на семь минут и один разговор, после которого оба перестали притворяться. Пять глав про то, что было между: до, во время и после. И про то, как женщина, которую все считали сломанной, оказалась единственной, кто выдержал.

Голодные игрыКитнисс Эвердин, Пит Мелларк, Хеймитч Эбернети и ещё 1

Её привезли обратно в Дистрикт-12 как посылку: без вещей, без объяснений и без права уехать. Половина домов сгорела, в Деревне Победителей живут трое, и один из них не выходит из дома. Пекарь вернулся через месяц. Первое, что он сделал, — посадил под её окнами кусты примулы. Он не постучал, не заговорил и не попросил ничего взамен. Шесть глав про год после войны: разговоры, которых не было, книга, которую они начали вместе, и вопрос, на который у неё двадцать лет не было ответа. Здесь никто не выздоравливает за одну сцену. Здесь просто наступает следующее утро.

ШерлокДжон Ватсон, Шерлок Холмс, Майкрофт Холмс и ещё 1

Два года, четыре месяца и одиннадцать дней Джон Ватсон ходил к могиле на кладбище в Северном Лондоне и разговаривал с камнем. Потом Шерлок Холмс вошёл в ресторан, где Джон собирался сделать предложение другому человеку, и сказал, что соскучился. Шесть глав про то, что бывает после воскрешения: сломанный нос, съехавшая квартира, дело, которое приходится вести вдвоём, и разговор, который откладывали два года и четыре месяца. Прощение здесь не проговаривают вслух. Его или дают, или нет.

ШерлокШерлок Холмс, Джон Ватсон, Грегори Лестрейд и ещё 1

В последнем вечернем поезде до Оксфорда находят мёртвого чиновника министерства транспорта. Дверь купе заперта изнутри, следов насилия нет, врач пишет «сердечный приступ». В тот вечер над Лондоном шёл дождь четыре часа подряд. Зонт покойного, найденный рядом с телом, был совершенно сухим. Пять глав, одно дело и одна улика, из которой следует всё остальное. Скотленд-Ярд закрывает дело дважды, и оба раза не тем человеком.

Звёздные войныЭнакин Скайуокер, Оби-Ван Кеноби, Падме Амидала и ещё 2

Энакин Скайуокер не остался ждать в зале Совета. Он пошёл вместе с Мейсом Винду — и в кабинете Верховного канцлера всё случилось иначе. Палпатин взят живым. Приказ 66 не отдан. Война кончается на две недели раньше, чем должна была, и Республика получает победу, которой не понимает, что делать. А джедай, который спас Орден, помнит, что почти сделал обратное. Об этом знают трое: он сам, Оби-Ван и человек в камере на нижнем уровне, который улыбается каждый раз, когда его приводят на допрос. Девять глав про то, что бывает после спасённого мира: трибунал, беременная жена, которую больше нельзя скрывать, и учитель, впервые не знающий, что сказать.

Звёздные войныРей, Кайло Рен, Лея Органа и ещё 1

Связь между ними не спрашивала разрешения. Она открывается, когда хочет: посреди боя, посреди ночи, посреди разговора с кем-то другим — и двое на разных концах галактики оказываются в одной комнате, не сходя с места. Рей знает, что должна закрыть её. Кайло Рен знает, что должен использовать её. Ни один не делает того, что должен, уже третий месяц. Восемь глав о том, как двое, обязанные друг друга убить, вместо этого учатся разговаривать. Без прощения авансом, без внезапного просветления и без обещания, что всё кончится хорошо.

Властелин колецЭовин, Фарамир, Эомер и ещё 1

Она убила того, кого не мог убить ни один мужчина, и очнулась в чужом городе с перебитой рукой и мыслью, что лучше бы не очнулась вовсе. Он двадцать лет держал границу, которую отец считал недостаточно важной, и научился жить с тем, что его никогда не выберут первым. Дом Исцеления в Минас-Тирите, весна после войны. Двое взрослых людей, каждый из которых искал смерти по-своему, учатся хотеть чего-то ещё — сада, утра, чужой руки на своём запястье. Девять глав о том, как желание жить возвращается медленнее, чем срастаются кости.

Властелин колецБоромир, Фарамир, Денетор и ещё 2

Три стрелы, а не четыре. Арагорн успел на минуту раньше, и Боромир, сын Денетора, остался жив. Теперь ему предстоит вернуться в Минас-Тирит и объяснить отцу, где полурослики, где Кольцо и почему он вернулся один. А ещё — жить с тем, что в лесу на Амон-Хене он всё-таки протянул руку. Десять глав о человеке, которому досталась не смерть героя, а долгая жизнь с последствиями. Гондор в осаде, отец на грани безумия, брат, который всё понял без слов, и король, вернувшийся к городу, где Боромира знали лучше. Развилка канона без чудес: никто не прощён заранее, и ничего не даётся даром.

МарвелТони Старк, Питер Паркер, Пеппер Поттс и ещё 1

Тони Старк щёлкнул пальцами и выжил. Дальше начинается то, о чём не снимают финальных сцен: одиннадцать операций, отнятая по локоть правая рука и год, в котором нужно заново научиться держать отвёртку. В том же году к нему возвращается Питер Паркер — шестнадцатилетний, ровно такой же, каким исчез пять лет назад, и с полной уверенностью, что прошло пятнадцать минут. Один потерял руку. Второй — пять лет и всех, кто за это время вырос без него. Ни один не умеет говорить о том, что случилось. Шесть глав про мастерскую, кофе в три часа ночи и людей, которые чинят друг друга, потому что больше ничего чинить не умеют.

МарвелСтив Роджерс, Джеймс Барнс, Сэм Уилсон

Щ.И.Т. рухнул, хеликарриеры лежат на дне Потомака, а человек, вытащивший Стива Роджерса из реки, ушёл, не назвав своего имени. Потому что не помнил его. Стив ищет его четырнадцать месяцев. Находит в чужом городе, в квартире на четвёртом этаже без лифта, среди тетрадей, куда Баки записывает всё, что вспомнил, чтобы не потерять снова. Шесть глав о том, что «я с тобой до конца» — это не обещание из прошлого, а работа, которую делают каждый день. Медленно, неловко и без гарантий.

Атака титановЛеви Аккерман, Эрвин Смит, Эрен Йегер и ещё 2

На крыше в Шиганшине лежат двое умирающих, и есть одна доза. Мальчик, который знает, что в подвале, и человек, ради которого шли сюда все. Леви Аккерман делает выбор. В этой версии — другой. Эрвин Смит просыпается через двое суток и узнаёт, чем за это заплатили. Ему остаётся тринадцать лет, чужая сила в теле и разведкорпус, который смотрит на него так, будто он вернулся с того света должником. Девять глав о том, что бывает после правильного решения. Дарк, без утешительных ответов и без чудес.

Атака титановЛеви Аккерман, Ханджи Зое, Эрвин Смит и ещё 1

Разведкорпус возвращается за стены, и начинается вторая часть работы: списки, отчёты, письма семьям. Капитан Леви Аккерман пишет их в четыре утра, потому что днём не может. Командир четвёртого отряда Ханджи Зое приходит к нему с собственными бумагами, чужим чаем и разговором, который ни один из них не собирался заводить. Восемь глав о двух взрослых людях, которые слишком заняты войной, чтобы называть вещи именами. Прикосновение здесь дороже слов, а «останься» никто так и не говорит вслух.