Человек на плане

Эда поставила чашку прямо на чертёж. Серкан успел подложить под неё салфетку раньше, чем на бумаге появился мокрый круг. — Ты делаешь это специально. — Конечно. Где здесь будет сидеть человек с кофе? Он показал на длинную скамью вдоль стены. На плане она выглядела безупречно: рядом растения, впереди открытый проход, все расстояния выверены. Эда посмотрела на настоящий двор за окном, потом снова на бумагу. — А человек, который хочет смотреть на другого человека, а не на его ухо? Энгин кашлянул, пряча улыбку. Пырыл молча повернула макет так, чтобы всем была видна скамья. Они готовили маленький двор при галерее. Открытие назначили на пятницу; Эда отвечала за растения, Серкан — за общую планировку. Заказчик хотел, чтобы посетители задерживались после выставки, но пока двор больше напоминал место, через которое удобно пройти. — Скамья достаточно длинная, — сказал Серкан. Эда взяла вторую чашку и поставила рядом с первой. — Длина — не единственное её достоинство. Или недостаток. Он посмотрел на чашки. Потом на неё. — Ты предлагаешь стол. — Я предлагаю выйти во двор. Через пять минут они уже стояли на месте будущей скамьи. Энгин держал один конец складного стула, Пырыл — рулетку. Эда села, положила чашку на колено и попробовала повернуться к Серкану. — Вот. Если мы здесь разговариваем, кому-то придётся всё время сидеть боком. Серкан присел на соседний стул. Расстояние между ними вдруг оказалось гораздо меньше, чем в переговорной. — Теперь удобнее? — Разговаривать — да. Держать чашку — нет. Он забрал её кофе и поставил обе чашки на свободный ящик. Эда не ожидала этого простого жеста и на секунду забыла, что собиралась доказывать. Пырыл записала новый размер. Энгин предложил заказать второй ящик и объявить проект завершённым. Серкан не поддержал шутку, но, возвращаясь в офис, унёс с собой обе чашки, словно они внезапно стали частью задания.