Печать и приговор

Элиана падала рядом с Хейнриксом и думала, что спор о полномочиях разрешился самым буквальным способом: станция лишила их пола. Шахта была шире корабельного собора. Вокруг вращались кольца с высеченными маршрутами, а в центре висела чёрная сфера. На её поверхности вспыхивали звёзды и гасли, стоило попытаться запомнить рисунок. Охранники падали выше и ниже. Один ударился о кольцо; тело перегнуло пополам, шлем улетел, оставляя за собой дугу крови. — Трос! — крикнула Элиана. Хейнрикс выбросил руку. Воздух между ними стал вязким от психической силы. Падение замедлилось, но дознаватель закричал сквозь зубы: из носа и ушей пошла кровь. Элиана выстрелила магнитным крюком. Трос обвил ребро кольца, рванул плечо, однако удержал обоих. Оставшиеся люди включили ранцы. До площадки добрались шестеро из десяти. — Лисса? — спросила Элиана. Хейнрикс посмотрел вверх. Женщина и ещё трое пленников остались в отсечённом помещении. — Жива. Пока станция считает её полезной. — Откуда вы знаете? — Чувствую её пульс. Он вытер кровь и попытался встать. Левая рука не слушалась. Элиана разрезала рукав брони: под ним мышцы дёргались отдельными волнами, словно кто-то перебирал их невидимыми пальцами. — Не касайтесь, — сказал он. — Вы уже давали этот совет. — На этот раз причина хуже. Под кожей проступил маршрут. Тонкие чёрные линии тянулись от запястья к плечу, складываясь в карту Великой Трещины. Хейнрикс поднял клинок. — Что вы делаете? — Отсекаю заражённую конечность. Элиана поставила сапог на лезвие. — Сначала попробуем менее инквизиторский способ. — Паразит использует мою связь с варпом. Если дойдёт до сердца, получит санкционированный канал. — Тогда вытащите его. — Это может открыть меня станции. — Она уже подделала моё лицо, вашу подпись и голос моего начальника безопасности. Скромность поздновата. Хейнрикс посмотрел на неё почти сердито. Потом сел, упёрся спиной в кольцо и закрыл глаза. — Держите руку. Что бы вы ни увидели, не разжимайте пальцы. Элиана сняла перчатку и обхватила его запястье. Кожа была ледяной. Мир исчез. Она увидела мальчика на каменном дворе рыцарского мира. Над ним стояли люди в чёрном и спрашивали, слышит ли он голоса. Увидела учебную келью, где каждый сон записывали, каждую ошибку карали током, а удачный контроль называли не победой, а минимальным требованием. Увидела Хейнрикса взрослым, когда он подписывал пустой приказ собственной кровью. Наставник говорил, что доверие к будущему себе — первая форма ереси. Станция попыталась продолжить воспоминание за него. Показала Элиану на коленях, Хейнрикса с мечом над её шеей, знак Инквизиции на стене. Приговор выглядел чистым и неизбежным. — Это не приказ, — сказала Элиана. — Вы не можете знать. — Могу. В настоящих приказах всегда больше мелкого текста. Он рассмеялся — коротко, от боли. Чёрные линии под кожей дрогнули. Элиана удерживала руку, пока Хейнрикс собирал холод вокруг паразита. Тот пополз обратно к ладони, разрывая сосуды. Кожа вспухла. Дознаватель сделал разрез, и наружу вышла серебряная нить с крошечной зеркальной головой. Элиана раздавила её рукоятью пистолета. Карта исчезла. — Вы видели… — начал Хейнрикс. — Только то, что станция хотела использовать. — Это не ответ. — Другого пока не будет. Он принял границу кивком. Для человека его профессии это было почти доверием. Чёрная сфера в центре шахты раскрылась. Внутри оказался осевой собор: перевёрнутый храм, закреплённый между кольцами. К нему вели девять мостов. По одному уже двигались люди в форме «Завещания». Во главе шёл начальник безопасности. Половина его лица была человеческой, вторая отражала лицо Элианы. — Лорд-капитан, — сказал он по воксу. — Приказ подтверждён вами лично. — Я здесь лично. — Станция знает вас лучше. Его люди открыли огонь. Охранник рядом с Элианой получил очередь в грудь. Первый снаряд выбил пластину, второй вошёл под неё, третий разорвал живот. В невесомости внутренности расправились красным облаком. Элиана опрокинула тело, используя как щит, и выстрелила в начальника безопасности. Пуля попала в человеческую половину лица. Затылок разлетелся, но отражённая половина продолжила говорить: — Ваше право принято. Ваш маршрут открыт. Хейнрикс заморозил крепления моста. Металл треснул, секция перевернулась, сбрасывая нападавших к сфере. Один успел схватиться за край. Станция вытянула из стены серебряные нити и подхватила его — не спасла, а распяла над собором. Нити вошли под ногти, в глаза и рот. Человек дёргался, пока тело не стало новой частью схемы. Элиана повела уцелевших по соседнему кольцу. Они добрались до собора через пролом в крыше. Внутри стояли два пустых трона и маленькое кресло между ними. На первом была ультрамаринская буква, на втором — крылатый меч. На кресле лежал ордер Вольного Торговца, выданный предку Элианы. Бумага казалась настоящей. Печати, подписи, следы воска — всё совпадало с реликвией в её каюте. Только на обороте шёл текст, которого не было в семейных архивах: право Вейр «называть путь там, где власть Империума не простирается». — Вот ключ, — сказал Хейнрикс. — Не ваша кровь. Формула ордера. — Ксеносы построили станцию вокруг имперского документа? — Или кто-то из Империума перестроил ксеносский механизм. Семьдесят три года назад Ремал Орд прибыл сюда с вашей прапрабабкой. Он погиб, а она вернулась с новым торговым маршрутом. Элиана вспомнила семейную легенду: великий переход через бурю, спасший династию от разорения. В архивах не было координат. — Она скормила станции дорогу, — поняла Элиана. Хейнрикс подключил инфопланшет к трону. Записи открывались одна за другой. Механизм назывался Навигатором Пустых Путей. Он мог создать стабильный маршрут, но не прокладывал его через варп. Он стирал все прочие возможности, включая корабли, миры и людей, которые могли бы по ним пройти. Безопасность одного курса строилась из гибели всех альтернатив. — Прибывающие флоты назовут разные цели, — сказал Хейнрикс. — Жиллиман потребует сохранить путь для снабжения. Лев — уничтожить угрозу. Станция сведёт решения в конфликт и использует авторитет примархов для масштаба. — А моя роль? — Выбрать победивший приказ. Ордер под её рукой нагрелся. Вокс ожил двумя голосами. Первый был спокойным и точным: — Неизвестный имперский корабль у «Калиго», назовите себя. Говорит Робаут Жиллиман. Второй пришёл через секунду, тише и опаснее: — Не отвечайте станции. Я уже начал атаку. Лев Эль'Джонсон. Оба флота вышли из варпа одновременно.