Ответ вместо неё

Эда поняла, что презентация закончилась, когда Серкан закрыл её папку. До этого ещё можно было спорить. Заказчик считал сохранение старого дерева слишком хлопотным; она собиралась показать второй расчёт и объяснить, почему двор без него станет жарче и пустее. Но Серкан уже произнёс: — Мы подготовим другой вариант к понедельнику. Мы. Слово, которое обычно ей нравилось, на этот раз прозвучало так, будто её согласие лежало среди подписанных бумаг. Эда убрала фотографии в сумку. На последней был не объект, а маленький рисунок матери: горшок на подоконнике, кривые листья, надпись на обороте. Она носила его с собой почти случайно, но именно сегодня собиралась рассказать, почему старое дерево не кажется ей помехой. На улицу она вышла раньше остальных. — Эда, — позвал Серкан у машины. — Я посмотрю расчёты вечером. — Ты уже решил, что мы будем всё переделывать. — Я хотел закончить разговор без конфликта. — А я хотела его закончить сама. Он остановился. На секунду в его лице появилась растерянность, но затем он снова посмотрел на папку. — Мы можем обсудить это в офисе. Эда устало покачала головой. — Сейчас я не хочу в офис. Она заказала машину. Серкан предложил отвезти её, и она отказалась. Он не стал спорить, только попросил сообщить, когда она доберётся. В дороге Эда смотрела в окно, не различая вывесок. Неудачные презентации случались и раньше. Она умела злиться, спорить, начинать заново. Но сегодня к обиде прибавилось что-то старое и тяжёлое: желание услышать мамин голос хотя бы на минуту. Она достала рисунок. На сгибе бумага была почти прозрачной. Сообщение Мело пришло на ближайшем светофоре: «Ты едешь домой? Я там. Могу сделать чай. Или не делать». Эда перечитала последнюю фразу и неожиданно заплакала. Водитель сделал музыку тише. Никто не спросил, почему из-за обычного рабочего дня понадобилось так крепко прижимать к себе маленькую бумажную папку.