Пятно на манжете

На Хэллоуин Дракония получила из дома коробку засахаренных фиалок и письмо с тремя подчёркнутыми предложениями. Первое касалось успеваемости. Второе — знакомств. Третье, самое короткое, предписывало не огорчать мать. Она прочитала письмо за завтраком, сложила по прежним сгибам и спрятала в учебник. Панси попросила фиалку. — Потом, — сказала Дракония. — У тебя целая коробка. — Значит, потом у меня тоже будет целая коробка. На чарах Грейнджер снова подняла перо раньше всех. Дракония смотрела на своё. Оно дрожало, поворачивалось остриём к ней и оставалось лежать. Флитвик остановился возле её парты. — Запястье свободнее, мисс Малфой. Она знала. Ей уже дважды сказали. От этого рука становилась ещё деревяннее. Уизли на соседнем ряду шумно выдохнул, когда Грейнджер поправила его произношение. Дракония вполне его понимала, хотя никогда бы не сказала об этом вслух. После урока она сунула палочку в карман и вышла последней. Уизли с Поттером стояли за поворотом. До неё донеслось что-то про друзей Грейнджер и то, почему их нет. Сама Грейнджер прошла между ними, опустив голову. Поттер посмотрел ей вслед. — Кажется, она слышала. Дракония поравнялась с ними. — У неё прекрасный слух. Особенно когда кто-нибудь ошибается. Поттер повернулся к ней: — Малфой, сейчас не надо. — Что не надо? — Добавлять. Он ушёл за Уизли, не дожидаясь ответа. Дракония осталась посреди коридора с открытым учебником в руках. Край отцовского письма торчал из-под обложки. Она заправила его поглубже. К вечеру она решила, что Поттеру можно простить грубость, если он сам заговорит первым. На пиру это оказалось затруднительно: между ними был весь Большой зал. Когда Квиррелл вбежал с известием о тролле, Дракония сначала подумала, что это часть праздника. Кто-то у пуффендуйского стола даже засмеялся. Потом профессор упал, и веселье закончилось. Старосты подняли учеников. В дверях стало тесно. Дракония потеряла Панси, зато увидела, как Поттер схватил Уизли за рукав и потащил поперёк потока. Она знала этот взгляд. С таким лицом он прыгнул на метлу за чужим шариком. — Поттер! Он не остановился. Дракония шагнула в сторону, пропуская старшекурсника, и пошла за ним. Объяснение про общую спальню и забытый учебник уже было готово на случай, если староста спросит. Никто не спросил. В боковом коридоре она догнала мальчишек. — Вы куда? — Гермиона не знает про тролля, — сказал Гарри. — Так скажите старосте. — Мы не знаем, где она! — Рон остановился. — То есть знаем примерно. Парвати сказала, что она весь день плачет в туалете. Дракония посмотрела на него. — Прекрасно ты выступил после чар. — Ты тоже могла промолчать, — бросил Гарри. Дракония стиснула зубы. Уизли было позволено испортить всё с самого начала, а замечание досталось ей. Мальчишки побежали дальше. Она осталась на развилке. Слева шли крики старост, справа гулко стукнуло. Потом стукнуло ещё раз. Дракония пошла направо. Запах добрался до неё раньше тролля. Она закрыла нос рукавом. В конце коридора, возле двери в девичий туалет, торчала серая спина. Существо наклонилось, проходя внутрь, и задело притолоку дубиной. Гарри и Рон стояли у противоположной стены. Из-за двери закричала Грейнджер. Гарри рванулся вперёд. Дракония успела схватить его за мантию, но ткань выскользнула. — Там тролль! Он, разумеется, уже видел тролля. Объяснять ему очевидные вещи было совершенно бесполезно. Дракония обернулась. На развилке мелькнула чёрная мантия. — Сюда! — закричала она. — В туалете! Из комнаты донёсся треск дерева. Дракония схватила стоявшую у стены швабру и сунула рукоять между кольцами ближайших рыцарских доспехов. Шлем полетел на пол. За ним с оглушительным грохотом рухнула грудная пластина. — Здесь! — крикнула она ещё раз. В дверях появился Гарри. — Гермиона не может встать! Дракония заглянула мимо него. Грейнджер сидела возле разбитой раковины. Между ней и выходом валялся кусок перегородки. Рон стоял у дальней стены, бледный, с палочкой в руке. Тролль разворачивался к нему, таща дубину по полу. Дракония была уверена, что ноги не пойдут. Они всё-таки пошли. Она пробралась вдоль стены и схватила Грейнджер за локоть. — Вставай. Та посмотрела на неё, не узнавая. — Грейнджер, ты за партой гораздо сообразительнее. Дракония потянула сильнее. Гарри подхватил Гермиону с другой стороны. Они перешагнули обломок. За спиной Рон произнёс заклинание — громко, почти по слогам. Дубина поднялась. Дракония успела увидеть, как тролль смотрит на собственную пустую ладонь, и толкнула Грейнджер к двери. Та споткнулась. Гарри удержал её, а Дракония поскользнулась в воде. Лодыжку пронзило болью. Тяжёлый удар сотряс пол. Она зажмурилась. Когда открыла глаза, тролль лежал. Рон всё ещё держал палочку поднятой и смотрел на него, словно боялся, что падение не считается окончательным. В коридоре застучали каблуки. — Что здесь происходит? Профессор Макгонагалл остановилась в дверях. За ней появился Снейп, затем Квиррелл. Снейп сразу направился к троллю. — Четверо первокурсников, — сказала Макгонагалл. — Вы хотя бы понимаете… — Я была здесь до тревоги, — выговорила Гермиона. — Я не слышала. — Мы пришли за ней, — сказал Гарри. — А вы, мисс Малфой? Дракония попыталась встать. Нога подвернулась снова. Она ухватилась за край раковины. — Я звала вас. Макгонагалл посмотрела на доспехи в коридоре. — Это я слышала. Дракония хотела добавить что-нибудь про остальных, но Снейп уже подошёл к ней. Он одним взглядом оценил положение ноги. — В больничное крыло. Поттер, отойдите, вы мешаете. Гарри отступил. Дракония заметила, что на его ладони кровь от маленького пореза. Он смотрел на её лодыжку. — Я могу идти, — сказала она. Снейп ничего не ответил. Это оказалось неприятнее возражения. В больничном крыле мадам Помфри усадила всех четверых, хотя Рон уверял, что цел. Драконии досталась высокая табуретка для ноги и горькое питьё. Гарри сел на соседнюю кровать, вытянув ладонь. Гермиона тихо подошла к Драконии. — Спасибо. — В следующий раз вставай, когда тебя просят. — Я не могла. Дракония посмотрела на неё. У Грейнджер под глазом блестела белая крошка штукатурки, а пальцы всё ещё сжимали край мантии. — Я заметила, — сказала Дракония уже тише. Гермиона села возле Рона. Он что-то сказал ей, не поднимая глаз. Слова Дракония не разобрала, но Гермиона кивнула. На правой манжете у самой Драконии темнело зелёное пятно. Она поскребла его ногтем. Ничего не вышло. — Это мыло, — сказал Гарри. — Наверное, отстирается. — У тебя на очках кровь. Он снял очки. Без них лицо у него стало неожиданно растерянным. Дракония взяла с тумбочки чистую салфетку и протянула ему. — Только стекло не поцарапай. Гарри вытер очки и надел обратно. — Хорошо, что ты пошла за нами. Она подвинула ногу на табуретке и поморщилась. — Кто-то должен был позвать преподавателей. — Да. Он больше ничего не добавил. За ширмой мадам Помфри разыскивала ещё одну склянку. Рон вполголоса рассказывал Гермионе, как поднял дубину, и на этот раз та его не перебивала. Дракония полезла в сумку за платком. Под пальцами оказалась маленькая коробка. Она достала её, сняла крышку и выбрала фиалку, которая не раскрошилась. Потом протянула коробку Гарри. — Бери одну. Он посмотрел на Рона и Гермиону. Дракония вздохнула. — По одной, Поттер. Именно это я и сказала.