Без поручения

Вечер оказался небольшим именно так, как обещала Мария Тимофеевна: несколько знакомых, чай, музыка и достаточно свободного места между креслами. Пётр Иванович дважды начинал рассказывать о раскрытой тайне. На третий раз Виктор предложил ему оставить хотя бы одно обстоятельство для слушателей, ещё не успевших снять пальто. Коробейников, помогавший переставлять стулья, спрятал улыбку за спинкой кресла. Анна сыграла найденный вальс первой. Теперь она знала трудный переход и не боялась последней страницы. Закончив, осторожно закрыла тетрадь и положила её в новый чехол: мать оставила внутренний карман свободным. Штольман ждал возле окна. — Всё ещё намерены расследовать происхождение аплодисментов? — спросила Анна, подходя. — Уже установил. Публика довольна. — А вы? — Я ожидал окончания несколько по другой причине. Мария Тимофеевна заняла место за инструментом. Первые звуки следующего вальса позволили Якову не искать более длинного объяснения. Он предложил Анне руку. Они начали осторожно: места было меньше, чем в большом зале, и у окна оставался столик, о котором легко забыть. Анна первой заметила препятствие; Штольман изменил шаг, следуя её движению. После этого танцевать стало неожиданно просто. — Вы мне доверились, — тихо сказала она. — В вопросе столика — безусловно. — Только столика? Он посмотрел на неё уже без улыбки, но и без привычной служебной сосредоточенности. — Не только. Анна опустила взгляд на их соединённые руки. На этот раз ей не понадобились ни чужой голос, ни скрытая записка, чтобы понять смысл ответа. После танца они остались у приоткрытой двери в сад. В комнате обсуждали музыку; прохладный воздух шевелил край занавески. — Завтра я намерена пройтись до набережной, — сказала Анна. — Без тетради и без поручения от духов. — Если вы позволите составить компанию. — Ради этого я и сказала. Штольман накрыл её пальцы своей ладонью. Анна ответила лёгким движением, не торопясь убирать руку. Из гостиной позвали к чаю. Они вернулись вместе, успев договориться о времени прогулки. Тетрадь осталась на инструменте, закрытая на последней странице: дальше музыка им уже не требовалась.