Один экземпляр

Они дошли до дома Феликса с пустым пакетом, старым путеводителем и открыткой, которую пришлось нести за края. Голубю всё ещё не вполне высушили карандашный клюв: Феликс добавил ему цвет ручкой из кармана. — Поднимешься? — спросил он. — У меня есть чай. И ни одной рабочей задачи. Хёнджин поднялся. На кухне росла ещё одна версия розмарина. Судя по сухой земле, Чонин провёл разъяснительную работу и здесь. На холодильнике висело расписание смен, рядом — фотография пустого пляжа, без подписи и даты. Феликс поставил воду и освободил на столе место для путеводителя. Хёнджин положил рядом открытку рисунком вверх. — Настоящая скамейка была другая, — заметил он. — И стаканов у нас не было. Зато был очень быстрый голубь. Феликс перевернул открытку, написал под птицей дату и протянул ручку Хёнджину. — Добавь что-нибудь. Хёнджин подумал. Красивые фразы не помещались, длинные объяснения были не нужны. Он дорисовал второй носок возле голубя и подписал: «Найден». Феликс согнулся от смеха, упираясь ладонью в стол. Хёнджин посмотрел на него и больше не захотел отворачиваться, чтобы скрыть это в альбоме. Когда смех стих, он спросил: — Тебе понравилось сегодня? — Да. Хочу ещё. — Я тоже. Феликс подошёл ближе и взял его за край рукава. — Можно тебя поцеловать? Хёнджин успел кивнуть и добавить тихое «да». Поцелуй был мягким и чуть неловким: оба улыбались. Потом Феликс обнял его, а Хёнджин устроил подбородок у него на плече, осторожно, будто это положение требовало отдельного согласования. Феликс погладил его по спине. Чайник напомнил о себе. Они нехотя разошлись на полшага, и Хёнджин достал чашки с полки, на которую показал Феликс. Позже пришло сообщение от Джисона: новая игра напечатана, завтра можно пробовать окончательную версию. На фото Минхо держал коробку, а внизу кадра виднелась знакомая жёлтая крышка. — Пойдём? — спросил Феликс. — Пойдём. А в следующую субботу я покажу тебе свою любимую книжную лавку. Если захочешь. — Захочу. Только время скажи ближе к пятнице. Хёнджин согласился. Феликс прикрепил открытку к холодильнику маленьким круглым магнитом. Несколько секунд выбирал, какой стороной повернуть. В конце концов оставил голубя. — Коммерческая серия потеряла лучшую работу, — сказал Хёнджин. — Эту не продаём. У неё всего один экземпляр. Он вернулся к столу и подвинул свой стул ближе. Хёнджин убрал телефон в карман, взял чашку обеими руками и остался допивать чай.