Капитан в окружении

Коридоры Назарика встречают меня тишиной и запахом сырого камня. Я иду к выходу, когда слышу позади шаги — чёткие, тяжёлые, словно кто-то вколачивает подошвы в пол. — Господин. Голос Альбедо звучит ровно, но я слышу в нём сталь. Оборачиваюсь. Она стоит в полном боевом облачении — чёрная броня облегает её фигуру, крылья сложены за спиной, руки скрещены на груди. Глаза горят золотом. — Ты собирался уйти один. Не вопрос. Утверждение. — Собирался. — После того, как разведчик доложил о засаде. — Именно. Она делает шаг вперёд, и я вижу, как её челюсть сжимается. Альбедо в ярости. Не показной, не театральной — настоящей, глубокой, от которой у неё дрожат пальцы. — Ты считаешь, что я не справлюсь? — спрашиваю я, наклоняя голову. — Я считаю, что Владыка не должен рисковать собой в одиночку, когда есть те, кто готов умереть за него. — Умереть за меня? — Я усмехаюсь. — Альбедо, я не собираюсь умирать. — Ты не знаешь этого мира. — Её голос срывается. — Ты не знаешь, какие ловушки они могут расставить. Какие заклинания. Какие артефакты. А если это засада Теократии? Если у них есть что-то, способное ранить тебя? Я молчу. Она делает ещё шаг, и теперь мы стоим вплотную. Я чувствую её запах — странно, но я чувствую. Что-то цветочное, с нотками металла. — Я не позволю тебе идти одному. — Не позволишь? Мой голос звучит низко. Она замирает, понимая, что перешла черту. Но не отступает. — Господин, я не ставлю под сомнение твою силу. Но даже Верховные Существа иногда нуждаются в союзниках. — Ты права. — Я делаю паузу. — Иногда нуждаются. Я поднимаю руку. Она напрягается, ожидая удара или приказа. Но я лишь касаюсь пальцами пряди её волос, упавшей на лицо. Аккуратно заправляю её за ухо. Альбедо замирает. Её глаза расширяются, дыхание сбивается. — Будешь рядом, — говорю я, глядя ей в глаза, — сможешь убедиться, что со мной ничего не случится. Я опускаю руку и разворачиваюсь. Делаю шаг вперёд. — Господин! — Её голос звучит растерянно. — Я... — Ты идёшь? — не оборачиваясь, спрашиваю я. Она молчит. Я слышу, как она выдыхает — тяжело, словно сбрасывая напряжение. Потом шаги. Она догоняет меня и встаёт справа, чуть позади. — Ты невыносим, — шепчет она. Я улыбаюсь. Невидимо для неё. — Я знаю. Мы выходим из Назарика. Деревня Карн встречает нас запахом дыма и навоза. Маленькое поселение, приютившееся на перекрёстке дорог. Дома из серого камня, крытые соломой, узкие улочки, грязь под ногами. Люди смотрят на нас с опаской. Я в мантии, закрывающей лицо, иду впереди. Альбедо — чуть позади, её броня блестит на солнце. Мы направляемся к центру, где стоит большой каменный дом — местная ратуша или что-то вроде того. Перед ним уже собралась группа людей. Я узнаю его сразу. Газеф Строноф. Он выше меня — массивный, широкоплечий, с лицом, изрезанным шрамами. На нём простая, но добротная броня, за спиной — двуручный меч. Его руки покрыты мозолями, а глаза смотрят цепко, оценивающе. Он не похож на придворного. Он похож на солдата. — Ты тот маг, что спас деревню? — спрашивает он, не здороваясь. Я останавливаюсь в нескольких шагах от него. Альбедо встаёт справа, скрещивая руки. — Тот самый. — Я слышал, ты представился Айнз Оал Гоун. — Верно. — Необычное имя. — Я необычный человек. Он усмехается. В его усмешке нет враждебности — скорее любопытство. — Ты спас моих людей. Я должен поблагодарить тебя. — Не стоит. Я сделал то, что считал нужным. — И что же ты считаешь нужным? — Он прищуривается. — Почему ты здесь? — Я путешествую. Изучаю мир. — И случайно оказался рядом с деревней, на которую напали? — Случайно. — Я пожимаю плечами. — Или нет. Зависит от того, во что ты веришь. Газеф смотрит на меня долгим взглядом. Потом переводит взгляд на Альбедо. — А это кто? Твоя охрана? — Моя спутница. — Она выглядит опасной. — Она опасна. — Я поворачиваюсь к Альбедо. — Не так ли? Она улыбается. Улыбка выходит холодной. — Я делаю всё, чтобы защитить господина. — Господина? — Газеф поднимает бровь. — Ты служишь ему? — Добровольно. Газеф хмыкает. Я вижу, как он оценивает нас — взвешивает, просчитывает. Он не доверяет нам. И правильно делает. — Ты знаешь, что происходит в этих землях? — спрашивает он. — Знаю. Теократия. — Верно. Они не остановятся. Они хотят уничтожить всех, кто не подчиняется их богам. — Я заметил. — И ты всё ещё хочешь путешествовать? — Я хочу понять, с чем имею дело. — Я делаю паузу. — А ты? Ты хочешь остановить их? Газеф смотрит на меня. В его глазах мелькает что-то — уважение? Настороженность? — Я хочу защитить свой народ. Если для этого придётся сражаться с Теократией — я буду сражаться. — Достойная цель. — А ты? Ты готов сражаться? Я молчу. Потом медленно поворачиваюсь и смотрю на горизонт. — Посмотрим. В этот момент я чувствую это. Магия. Она поднимается с земли, словно туман. Слабая, но настойчивая. Я ощущаю её костями — буквально. Она струится по моему скелету, вызывая странное покалывание. — Господин? — Альбедо напрягается. — Тише. Я закрываю глаза. Сосредотачиваюсь. Магия исходит с нескольких направлений — с севера, запада и юга. Она образует кольцо вокруг деревни. Засада. — Они здесь, — говорю я. — Кто? — Газеф хватается за меч. — Теократия. Он выругался. Его люди — около десяти солдат, стоящих рядом — тоже напрягаются. — Сколько их? — Тридцать. Может, больше. — Чёрт. — Он смотрит на меня. — Ты уверен? — Я чувствую их магию. — Ты маг? — Я много кто. Газеф смотрит на меня с новой оценкой. Потом поворачивается к своим людям. — Приготовиться! Мы окружены! Солдаты хватают оружие. В деревне начинается суета — люди бегут в дома, прячут детей. Я стою спокойно. Жду. И они появляются. Из леса выходят фигуры — одетые в белые мантии, с капюшонами, скрывающими лица. В руках у них посохи, на поясах — кинжалы. Они движутся синхронно, словно единый организм. Тридцать человек. Их возглавляет мужчина в более богатой мантии — с золотой вышивкой и серебряными застёжками. Он снимает капюшон, и я вижу его лицо — молодое, красивое, с глазами, горящими фанатизмом. Нигун Грид Луин. — Газеф Строноф, — говорит он, улыбаясь. — Как приятно видеть тебя лично. — Нигун. — Газеф сжимает рукоять меча. — Ты выбрал неподходящее место для встречи. — Напротив. — Нигун разводит руками. — Это идеальное место. Здесь нет свидетелей, которые могли бы рассказать о том, что произойдёт. — Ты ошибаешься. — Ошибаюсь? — Нигун смеётся. — Ты и твои люди — всё, что осталось от твоего отряда. Остальные мертвы или разбежались. Ты один. Газеф молчит. Я вижу, как его челюсть сжимается. — А кто это с тобой? — Нигун переводит взгляд на меня. — Ещё один наёмник? Или просто случайный прохожий? — Я его спутник. — Спутник? — Нигун прищуривается. — Ты выглядишь интересно. Скелет в мантии. Ты нежить? — Возможно. — Значит, ты служишь Тьме. — Он улыбается. — Тогда ты на нашей стороне. Теократия приветствует всех, кто отвергает ложных богов. — Я не служу никому. — Жаль. — Нигун пожимает плечами. — Тогда ты умрёшь вместе с ним. Он поднимает руку. В воздухе начинает собираться свет — яркий, ослепительный. Из него формируются фигуры. Ангелы. Четыре ангела. Они парят в воздухе, их крылья сияют золотом. В руках — мечи из чистого света. Их глаза — пустые, безжизненные, но я чувствую в них злую волю. — Впечатляет, — говорю я. — Это только начало. — Нигун улыбается. — У меня есть и более сильные. — Покажи. Он смотрит на меня с удивлением. — Ты не боишься? — Нет. — Глупец. — Он щёлкает пальцами. — Уничтожьте их. Ангелы бросаются вперёд. Газеф выхватывает меч. Его люди встают в строй, готовясь к бою. Но я вижу, что они не справятся. Их слишком мало, а ангелы слишком быстры. Первый ангел атакует. Меч света рассекает воздух. Газеф парирует удар. Его меч встречается с клинком ангела, и раздаётся звон, от которого закладывает уши. Он отступает на шаг, но удерживает позицию. — Держите строй! — кричит он. Второй ангел атакует сбоку. Один из солдат Газефа пытается блокировать, но ангел пронзает его насквозь. Солдат падает, хрипя. — Нет! — Газеф бросается вперёд, но третий ангел преграждает ему путь. Четвёртый летит к Альбедо. Она не двигается. — Альбедо, — говорю я спокойно. — Не трогай его. — Господин? — Она поворачивается ко мне. — Я хочу посмотреть. Она подчиняется. Отступает на шаг, скрещивая руки. Ангел атакует. Его меч опускается прямо на неё. Она не уворачивается. Удар приходится в плечо. Броня выдерживает — раздаётся скрежет металла, но она не пробита. Альбедо даже не морщится. — Слабоват, — говорит она. Ангел атакует снова. Она перехватывает его руку и сжимает. Кости ангела трещат. Она срывает ему крыло. Ангел кричит — тонко, пронзительно. Альбедо сжимает его голову и одним движением отрывает её от тела. Ангел рассыпается в прах. Нигун смотрит на это с удивлением. — Кто ты? — спрашивает он. — Я Айнз Оал Гоун. — Я делаю шаг вперёд. — И ты только что сделал большую ошибку. — Ошибку? — Он смеётся. — Ты один против тридцати. У тебя нет шансов. — Шансов? — Я усмехаюсь. — Ты не понимаешь, с кем связался. Я поднимаю руку. В моей ладони начинает собираться тьма — густая, плотная, словно живая. Она пульсирует, расширяется, заполняя пространство вокруг. Нигун бледнеет. — Это... это невозможно. — Возможно. — Я смотрю на него. — Я многое могу. Ангелы замирают. Они чувствуют угрозу. Даже они, создания света, боятся меня. — Ты не человек, — шепчет Нигун. — Я никогда им и не был. Я опускаю руку. Тьма рассеивается. — У тебя есть выбор, — говорю я. — Уйти и забыть, что ты меня видел. Или остаться и узнать, что такое настоящая сила. Нигун смотрит на меня. Его глаза горят ненавистью. — Я не отступлю. Теократия не отступает. — Жаль. Он поднимает посох. В воздухе начинает собираться свет — ещё ярче, чем раньше. Из него формируется огромная фигура. Архангел. Он в два раза больше обычного ангела. Его крылья — из чистого пламени, меч — из света, слепящего глаза. Он парит над нами, закрывая солнце. — Уничтожь их! — кричит Нигун. Архангел поднимает меч. Газеф отступает назад. Его люди в ужасе смотрят на гиганта. — Нам конец, — шепчет кто-то. — Нет. — Я выхожу вперёд. Я закрываю собой Газефа. Моя мантия развевается на ветру. В глазницах вспыхивает багровый свет. — Теперь вы имеете дело со мной. Архангел замирает. Даже он чувствует мою силу. Нигун кричит: — Атакуй! Архангел опускает меч. Я поднимаю руку. Альбедо стоит в стороне. На её губах — торжествующая улыбка. Она видит, что я наконец покажу этим смертным, что такое истинная сила. Газеф смотрит на меня с ужасом и восхищением. Я собираю магию. Меч архангела приближается. Я улыбаюсь.